Финреклама на грани нервного срыва

В связи с принятием Государственной Думой 24 марта в первом чтении законопроекта об увеличении административных штрафов за ненадлежащую рекламу финансовых услуг данная тема приобрела особую актуальность и всё чаще обсуждается на страницах ведущих изданий. С учетом отсутствия в законе четких критериев соблюдения требований, предъявляемых к рекламе финансовых услуг, по нашему мнению, ужесточение ответственности в указанной сфере будет означать автоматическое возникновение повышенных рисков практически для любого рекламодателя кредитных, страховых и иных аналогичных предложений.

В настоящее время максимальный размер административного штрафа за рекламное правонарушение для компаний составляет 500 тыс. рублей, и только для нарушения запрета рекламы табака в 2013 году на волне введения в действие антитабачного закона такая планка была повышена до 600 тыс. рублей. Новый проект поправок в ст. 14.3. КоАП, которыми предлагается установить повышенную ответственность юрлиц за нарушение правил рекламирования финансовых услуг в размере от 300 тыс. до 1 млн рублей, вроде бы направлен на истинно благородную цель – на сокращение количества случаев введения потребителей в заблуждение при распространении банками и микрофинансовыми организациями информации о выгодных кредитных ставках и иных заманчивых предложениях. В то же время данные поправки никак нельзя признать бесспорными на фоне несовершенства самой статьи 28 Федерального закона «О рекламе», устанавливающей более чем широкие требования к форме и содержанию рекламы финансовых услуг. Также в ней отсутствуют подробные разъяснения Федеральной антимонопольной службы РФ или высших судебных инстанций по вопросу об основных критериях, которыми рекламодатель должен руководствоваться, чтобы обеспечить полное соблюдение таких требований.

Нельзя упускать из виду тот факт, что на практике добровольное соблюдение всех требований ФЗ «О рекламе» к рекламе финансовых услуг едва ли возможно, учитывая изначально ограниченный характер современного дорогостоящего рекламного материала, будь то рекламный ролик (ограниченный по хронометражу) или рекламный плакат (ограниченный по площади). Эта особенность не позволяет добросовестной финансовой организации указать в рекламе все необходимые по закону условия предоставления услуги (занимающие, как правило, значительную ее часть) без ущерба для восприятия такого текста потребителем. А ведь это приводит к тому, что практически любой материал, рекламирующий банковскую или иную финансовую услугу, может быть признан нарушающим установленные в статье 28 ФЗ «О рекламе» правила (что и обуславливает огромное количество нарушений, которое, по утверждению разработчиков проекта поправок, лежит в основе их инициативы).

Дополнительно необходимо учитывать, что, исходя из последней практики привлечения к ответственности по ст. 14.3. КоАП за нарушение требований к рекламе финуслуг, под действие новых штрафов подпадут, по всей вероятности, далеко не одни только банковские и микрофинансовые организации, но и партнеры банков, распространяющие совместные предложения. В первую очередь, это - автомобильные компании, бизнес которых переживает сейчас не лучшие времена.

Таким образом, очевидно, что в целях соблюдения баланса интересов всех сторон принятие поправок в ст. 14.3. КоАП должно сопровождаться либо созданием более прозрачных правил для рекламодателей на уровне Федерального закона «О рекламе» либо, как минимум, подробными разъяснениями правоприменительных органов относительно тех требований, которые существуют в настоящее время, с учетом сложившихся на рынке форматов рекламирования. В ином случае можно будет говорить об установлении для финансовых организаций и их партнеров неоправданного ограничения доступа к рекламному рынку.