В "Основах культурной политики" пропишут запрет на цензуру в искусстве

Общественное обсуждение «Основ государственной культурной политики», начавшееся 23 мая, во вторник прошло в Государственной думе, а в четверг продолжится на заседании общественного совета при Министерстве культуры.

Как сообщает официальный сайт министерства, в «Основы» будет включен пункт о гарантии свободы творчества и запрете цензуры. «Незыблемость этих норм потребует от законодателей особой искусности, чуткости, когда законодательство затрагивает саму сферу творчества», — предупреждает ответственный секретарь рабочей группы по подготовке документа, советник президента по культуре Владимир Толстой.

Искусность потребуется, в частности, в том, как примирить свободу художника с целым рядом принятых за последний год федеральных законов, имеющих отношение к творчеству: о защите чувств верующих (№ 136-ФЗ от 29.06.2013), о запрете мата (№ 101-ФЗ от 05.05.2014), об ответственности за оправдание нацизма (№ 128-ФЗ от 05.05.2014).

— Если «Основы культурной политики» будут приняты, то нужно будет произвести действия по отмене целого ряда принятых Госдумой законов, — считает народный артист России Александр Сокуров. — Запрет, касающийся трактовки событий Второй мировой войны, и запрет на оскорбление чувств верующих находятся в прямом противоречии с нормами Конституции.

Кинорежиссер, член Комитета гражданских инициатив Юлий Гусман уверен, что истинное назначение этих законов отличается от заявленного.

— У нас есть закон об ответственности за оправдание фашизма. Но я не знаю ни одного человека в стране, кроме нескольких придурков и подростков, который бы говорил, что фашизм — это замечательно. Значит, название одно, а цель совсем другая. Замечательно, что мы окружаем кучку несогласных и неприятных людей частоколом различных нововведений, но мне бы хотелось, чтобы в этой глухой стене были двери, окна и калитки, сквозь которые можно было бы выйти к свету. Думаю, что господин Толстой, человек здравый и интеллигентный, сможет улучшить текст «Основ».

Писателя Захара Прилепина ограничения цензуры не пугают: он напоминает, что «в России жестокость законов компенсируется необязательностью их выполнения».

— Литература дает ответы на самые страшные вопросы, это ее главная задача. Сейчас из основания литературы выбивают главную базу, ведь оскорбление тех или иных групп людей можно найти в любом тексте, включая «Преступление и наказание» и «Воскресение». Массовое применение этих законов обнулит общественную мысль. Но я не думаю, что они будут работать. Их станут использовать точечно — в случае если кто-то кому-то захочет насолить, — полагает Прилепин.

Законы о чувствах верующих и оправдании нацизма сочло опасными для искусства большинство опрошенных «Известиями» культурных деятелей. Мнения по поводу закона о запрете мата разошлись.

— У нас действует авторское право, государство охраняет уже существующие литературные произведения, — рассуждает народный артист России Роман Виктюк. — А значит, и мат в этих произведениях находится под охраной. Как можно запрещать то, что охраняется государством? Запрещать Пушкина, Есенина, Маяковского? Это нонсенс.

— Пушкин и Лермонтов сквернословили в дневниках и письмах, они не предполагали, что эти тексты встанут в перечень их литературных опусов, — парирует Александр Сокуров. — Сквернословие не является частью публичной свободы личности. Мы же не считаем необходимым устраивать публичные открытые туалеты? А ведь кто-то скажет: подумаешь, физиология, испражняется человек. Мат — это то же самое. Своеобразные нечистоты сознания.

Народный артист России Николай Бурляев, который, по его словам, является инициатором разработки пресловутого документа, убежден, что противоречий между свободой и ее ограничениями вовсе нет.

— Запрет цензуры — это правильно. Над творцом не может быть цензора, у него цензор главный — Господь Бог. Но соответствуешь ли ты промыслу Божию о тебе, грешном человеке, или ты становишься пошлым, грязным, патологическим, мерзким — уже другой вопрос. Это будет второй шаг, когда общество начнет определять, что возможно для сохранения жизни наших детей, а чего лучше не допускать.

Николай Бурляев обещает, что преследовать неугодное Богу или обществу искусство не будут, но государство перестанет финансировать ту культуру, которая ему не близка.

— Никто не будет запрещать картину, оскорбляющую чувства верующих: художник может повесить ее у себя в сортире, — предложил народный артист. — Но государство теперь будет поддерживать только то, что помогает душе нации подниматься ввысь, а не падать на дно. «Основы государственной культурной политики» будут определять позитивную направленность русской культуры.

Обсуждение «Основ» продолжится до 30 сентября. Впоследствии на материале этого документа будет разработан федеральный закон «О культуре».