There’s A Man Living Inside A Billboard On Sunset Blvd.
A new Netflix thriller asks one terrifying question: How long could you survive if you were trapped inside your own home?
To drive the point home, the streaming giant got a guy to live inside a billboard in Hollywood.
To promote “The Last House,” Netflix hired a performer to “live” inside a fully furnished living room built into a billboard roughly 30 feet above the busy intersection of Sunset Boulevard and Selma Avenue.
The streaming giant got a guy to live inside a billboard in Hollywood.Netflix
The bizarre installation, designed to resemble a cozy home suspended in the sky, has become impossible to ignore for drivers and pedestrians passing through the heart of the Sunset Strip.
It serves as a real-life version of the film’s unsettling premise, turning one of Hollywood’s busiest corners into an eerie spectacle.
A message on the outside of the makeshift home reads “How long can you survive.”
The person will live inside his enclosure from Thursday August 6 through Saturday August 8, with the movie coming out Friday August 7, Netflix reported.
“While attempting to carry on as normally as possible inside the enclosed space, he’ll communicate with commuters and passersby below using a whiteboard — an eerie echo of the film’s central predicament,” Netflix said.
Pictures and videos have already started surfacing online. One video posted on social media showed the guy lying down on a couch waving from inside the “home” at people.
There’s also shots of the billboard star holding up white boards with messages that read, “what’s going on” and “stuck in here.”
Many people on social media thought it was a brilliant concept to promote the movie.
The stunt, which echoes the central predicament of the film “The Last House,” features the performer communicating with commuters and passersby below using a whiteboard.Netflix
“I wave to this guy every day as I walk to the gym. It’s pretty neat if you see it. It’s wild to see a house in the air,” one person wrote.
“Clever stunt. Making the marketing mirror the film’s actual premise is a smart touch,” another added.
“Hope they have AC,” a third wrote.
There were also a handful of people who asked obvious questions like what’s the bathroom situation.
It’s all in an effort to promote the streamer’s new scifi directed by Louis Leterrier. It stars Greta Lee and Wagner Moura, whose characters somehow get locked into their home.
“A family mysteriously sealed inside their home must work together to survive dwindling resources and the ominous force keeping them trapped,” a description read.
As the days drag on, it is quickly clear from the trailer this is not an isolated incident and their neighbors and the rest of the world are locked inside their homes too.
t’s all to promote Louis Leterrier’s sci-fi thriller “The Last House,” starring Greta Lee and Wagner Moura.Netflix
Leterrier said it “challenges the idea of a safe haven, turning a family home into a hostile environment where survival demands unity.”
“This is an ordinary family’s worst nightmare, pushing them to their limits to protect each other and exposing the fragility of security — and the desperate fight to reclaim it.”
07.08.2026
Наталья Тяньшина.
Польский взгляд на Русский мир.
В свое время известный русский историк Сергей Михайлович Соловьев справедливо заметил, что отношения России и Польши – это отношения «дружбы и тяжбы». Однако чего в них было больше – дружбы или тяжбы? В разные периоды бывало по-разному: уж очень сложной была история взаимоотношений соседних народов. Но начиная со Средневековья Польша, как территориально самая близкая к России католическая страна, была для Западной Европы главным источником информации о русских.
Ян Длугош. Картина работы Антонуша Грамматики. 1878 год
Европейцы смотрели на Россию глазами поляков, которые вплоть до сего дня считаются главными «специалистами» по нашей стране (хотя теперь это первенство оспаривают украинцы). Насколько объективным было польское «зеркало»? К сожалению, для Польши, по крайней мере на государственном уровне, русофобия стала частью национальной идентичности и в какой-то степени национальной идеологии. Именно такой, откровенно русофобский взгляд, поляки транслировали в Западную Европу.
Бойцы идеологического фронта
Я. Матейко. Болеслав Храбрый и Святополк у Золотых ворот Киева. По легенде, Болеслав Храбрый, въезжая в город, ударил Золотые ворота мечом Щербецом
Взаимоотношения между Россией и Польшей на разных этапах истории были не просто сложными, а зачастую драматичными, отмеченными конфликтами, польскими интервенциями, разделами Речи Посполитой, восстаниями. Это было связано как с борьбой за влияние или, говоря современным языком, с геополитическими противоречиями, так и с не менее важным религиозным фактором. Ведь истоки противостояния между Россией и Западом уходят в раскол христианской церкви и стремление склонить Русское государство к принятию унии с католиками.
Российский исследователь Олег Борисович Неменский отмечает, что противоречия между русскими и поляками носят не столько конъюнктурно-политический или ценностный, сколько «идентитарный характер». По словам историка, вся Западная Русь, состоящая ныне из Украины и Белоруссии, – это пространство, которое привыкли считать своей национальной территорией и русские, и поляки. Главным противником в деле восстановления русского единства всегда выступали поляки, а главным оппонентом восстановления Речи Посполитой в границах 1772 года всегда виделись русские.
С XIV века Польша вела активную наступательную политику на русских землях. Для обоснования притязаний на них польские историки в XV–XVI столетиях разработали теорию, согласно которой Русь издавна, еще с походов на Киев в XI веке Болеслава I Храброго и Болеслава II, по праву и на веки вечные должна принадлежать Польше. Соответственно, важнейшей причиной интереса к прошлому русских земель со стороны польских авторов помимо активных военно-политических и культурных отношений были внешнеполитические амбиции правителей Польши. Можно сказать, что уже средневековые польские историки были настоящими «бойцами идеологического фронта» и обслуживали интересы правящей элиты.
Я. Длугош. История Польши. Титульный лист (Лейпциг, 1711)
Наглядным примером такого подхода являются сочинения известного польского историка Яна Длугоша (1415–1480), автора «Истории Польши» в двенадцати томах. Именно его можно считать создателем полоноцентристской концепции взаимоотношений Польши и Руси. Суть сложных русско-польских отношений он сводил к следующему: доминирование Польши (так называемое польское иго), слабость русских правителей, их неспособность противостоять этому игу и неготовность к самостоятельному правлению. Из этого следовала необходимость подчинения русских земель Польше. Что важно: в своих изысканиях Ян Длугош использовал русские летописи, недоступные тогда западным исследователям, а потому его труды особо ценились в Западной Европе. Однако трактовал он эти летописи весьма вольно, если не сказать тенденциозно, сочетая сведения о реальных событиях с собственным вымыслом. В результате была создана мифологема, которая впоследствии позволила «научно» обосновать польскую экспансию на западные русские земли.
Трактаты польских авторов создавались в том числе на латыни – международном языке ученых, печатались в крупнейших швейцарских, немецких, итальянских и австрийских типографиях. В результате польский взгляд на Россию получил широкое распространение в Европе. В самой же Польше идеи, сформулированные польскими историками более пятисот лет назад, по сей день являются ориентиром для исторического образования и государственной политики.
Ливонская война и мощный антирусский взрыв.
Я. Матейко. Стефан Баторий под Псковом. 1872 год. Картина изображает эпизод Ливонской войны и посольство царя Ивана IV Грозного к королю Польскому и великому князю Литовскому Стефану Баторию с просьбой о мире
Со времен Ливонской войны (1558–1583) – одного из первых острых противостояний между Россией и Западом – польские публицисты стали восприниматься как ведущие «специалисты» по России. Именно эти авторы, выполнявшие политический заказ и стремившиеся обосновать притязания польского государства и союзной ему Литвы на западные русские земли, стремились убедить европейцев в важности внешнеполитической и цивилизаторской миссии католической Польши. В свою очередь, собственную страну они представляли барьером на пути экспансии «орд» русских схизматиков. Они же стали главными трансляторами негативных мифов о России.
Именно польская шляхта сыграла ключевую роль в формировании мифа об азиатской и варварской Московии – антагонисте католического мира. Впоследствии этот миф был подхвачен в других странах. Развитие печатного дела позволяло издавать большими тиражами многочисленные сочинения о Московии, которые распространялись по всей Европе. Массовое появление брошюр «разоблачительного» характера о русском народе, его правителях и обычаях превратило Московию в сознании Запада в «анти-Европу» – страшную и опасную страну, в которой процветали все пороки человеческого рода.
Немецкая гравюра 1581 года, изображающая Ивана Грозного как тирана и палача. Иван IV изображен в одежде турецкого султана, чтобы подчеркнуть его «варварство» и жестокость в глазах европейцев.
Прообразом современных газет и даже социальных сетей можно считать «летучие листки» Ливонской войны. Это были небольшие, написанные простым стилем тексты (преимущественно на немецком и польском языках), которые печатались большими тиражами и оперативно расходились по Европе. Они распространялись в публичных местах, например на ярмарках, с целью мобилизовать общество на борьбу с Московией, совершившей «агрессию» против беззащитной Ливонии. «Агрессия» московитов против «христианского мира» рисовалась самыми мрачными красками, описывались жестокие враги, не щадившие женщин и детей. Такие тексты, рассчитанные на эмоциональное, а не рациональное восприятие, сопровождались потрясающими воображение иллюстрациями. Причем к русским применялись те же пропагандистские штампы, которые использовались по отношению к туркам: «кровавые псы», «вековечные жестокие враги»… Более того, русские на этих гравюрах изображались в… турецких одеяниях. Это было вовсе не случайно, ведь образцом для «летучих листков» были антитурецкие памфлеты, в большом количестве издававшиеся на протяжении XVI столетия. Да и печатались эти материалы в одних и тех же типографиях. Немецкие и польские публицисты запугивали европейцев, убеждая, что Московия не ограничится Ливонией, а пойдет дальше на Запад, как Османская империя, и не остановится, пока не поработит всю Европу. Возникла концепция «Священной войны» христианских держав с «варварами» и «схизматиками» московитами, а оплотом этой борьбы являлась католическая Польша. Сочинения изобиловали описаниями бедствий «новых христианских мучеников», пострадавших от русских гонителей. «Хорошие» московиты под пером иностранных авторов обязательно дружили с иноземцами и устраивали тайные заговоры против своих правителей.
Зверства московитов в Ливонии в июле и августе 1577 года. Опричники царя Ивана Грозного чинят расправу. Из сборника гравюр и листовок Иоганна Якоба Вика
К этому времени меняется место Московского государства и на географических картах. Если в первой половине ХV столетия оно изображалось как часть Европы, то с конца ХV – начала ХVI века с подачи польских ученых и политиков русские земли попытались вытеснить за восточные пределы Европы, в Азию. Можно сказать, что Ливонская война окончательно обозначила для западного человека восточные пределы Европы и жители Московии по определению попали в разряд ее враг
