Прикройте эти зады

В рекламе отсутствует какой-либо сексуальный позыв. Никакого сравнения с рекламой, ставшей привычной для Европы, а особенно для Италии: речь идет о рекламных кампаниях, из-за которых Financial Times обвиняет нас в том, что мы уже привыкли к меркантилизации женского тела.

Но ряд задниц, выстроенных авторами рекламы Washlet в экуменическом духе (зады белых, желтых, черных, мужчин и женщин, молодых и стариков), не выстоял под шквалом протестов достопочтенного Нейла Родеса из евангелической церкви на Таймс-сквер и фобией американцев перед любой формой обнаженности. Родес перенес несколько лет назад свою церковь в здание на Бродвее, на углу 51-й улицы, в котором уже находится Novotel, ресторан быстрого питания сети McDonald's, а теперь еще и реклама Washlet. "Как я могу подвергать оскорблению этими обнаженными телами верующих, которые приходят на службу, и молодых людей, которые участвуют в развлекательных мероприятиях?" – задался вопросом Родес, сразу же выступивший с обвинениями в адрес владельца здания, рекламной компании, которая разработала этот проект, и компании-владелицы рекламного щита.

Производители Washlet попытались защититься, но безуспешно. Когда судья Федерального суда Нью-Йорка решил запретить рекламу, компания согласилась на компромисс: реклама остается, но с задами, прикрытыми белой полосой, на которой написано: "Чистые и довольные, без "если" и без "но".

Специалисты по рекламе с Мэдисон-авеню хором протестуют: "Это цензура, направленная против нашей креативности. Это опасный прецедент еще и потому, что он проявился в том месте – Таймс-сквер – где всегда размещались самые фантастичные послания, самые мощные побудительные сигналы". По словам адвокатов Родеса, эти изображения не только оскорбляли чувства верующих, но диссонировали с новым "семейным" духом Таймс-сквер, зоны, откуда были изгнаны заведения, где показывали стриптиз, и секс-шопы.

"Бай-бай, святотатствующая реклама", – ликует New York Post, газета Руперта Мердока. Забавный, но не единичный факт в стране, где публичная демонстрация – в газетах, на ТВ, в кино, на пляжах и порой даже в изобразительном искусстве – интимных частей тела непозволительна, по мнению – в первую очередь – общества, остающегося по сути пуританским, а потому и закона.

Эти законы соблюдаются на фоне многомиллионных штрафов (самый знаменитый эпизод: Джанет Джексон, которая продемонстрировала грудь во время выступления в перерыве финального матча Superbowl 2004 года, что привело к жестким санкциям в отношении невиновных телеканалов). Законы, которые считают защиту несовершеннолетних более важной, чем свобода художественного выражения. Только эти правила, применяемые с особой суровостью, когда речь идет о сексе, игнорируются в случае совершенно недопустимых сцен. Несколько лет назад занимавший в то время пост министра юстиции Джон Эшкрофт, представитель правых евангелических сил, заставил смеяться полмира, когда заявил о решении прикрыть тканью обнаженные груди двух статуй в вестибюле департамента, олицетворяющего дух правосудия. Смешной эпизод, но не смешнее тех случаев, когда музеи отказываются выставлять скульптуры с обнаженными гениталиями. "Правда, – писала Atlanta Journal-Constitution, критикуя некоторые из этих эпизодов, – заключается в том, что цензура в искусстве – это характерная особенность Америки, такая же, как медовый торт".

Именно в Атланте около 20 лет назад государственный университет отказался выставлять копию Давида Микеланджело по причине его наготы. И еще сегодня существуют телестанции, которые – из страха перед реакцией местных властей или штрафами Федерального агентства, контролирующего передачи, – прежде чем показать изображения Давида или тициановой Венеры, предупреждают, что "показ предназначен только для взрослой публики". Подобные истории происходят и в американской "глубинке", на консервативном Юге. Пару месяцев назад Magic Mountain Music Festival решил спустя 40 лет предложить "обновленную" версию мюзикла "Волосы": гимн контркультуры хиппи 60-х годов был предложен без сцен с обнаженными телами и песен, которые были названы откровенными, как, например, песня о мастурбации. И это произошло не в городке Алабамы, а почти что в самом Сан-Франциско, прославившемся вседозволенностью.

То, что происходит в артистических кругах – парадоксально, но отчасти является следствием пресыщенности демонстрацией интимных частей тела, распространившейся во всем обществе. Американские путешественники, посещающие Европу, не перестают удивляться откровенным фото на обложках еженедельников, включая и те, что предназначены для семейного просмотра, в то время как рассказы о пляжах, переполненных детьми, играющими среди женщин топлесс, являются классическими на ужинах в конце лета. Чувствительность, чуждая европейцам, достойна уважения. Но порой она провоцирует полемику и демонстрацию нетерпимости даже в самих Соединенных Штатах. В Саразота, Флорида, хозяин сдающегося в наем дома решил спровоцировать горожан, выставив в пустых окнах двух голых манекенов в вызывающих позах. Взбешенные люди потребовали вмешательства властей. Но городской мировой судья заявил, что у него связаны руки: выставление голых манекенов не является (пока еще) преступлением.