Наталья Синдеева, "Дождь": "О закрытии речи пока нет"

В интервью корреспонденту РБК daily Катерине Китаевой она рассказала, как телеканал будет жить дальше, какую часть расходов пришлось сократить и почему «Дождь» не собираются закрывать.

— В воскресенье закончился марафон телеканала «Дождь». Вы можете уже озвучить, сколько денег собрал канал? Была цифра, что вам хватит средств на 50 дней вещания.

— Сейчас мы можем назвать промежуточный итог — это около 40 млн руб. Нам нужно несколько дней, чтобы мы смогли увидеть все перечисления через банк, и тогда мы сможем назвать финальную цифру. Сегодня мы утвердили бизнес-план на ближайшие полгода, с учетом сокращения расходов, собранных денег и потенциальных доходов от рекламы. Если у нас получится следовать ему, то «Дождь» будет жить.

— Вы говорили, что телеканал резко сократил расходы. А что пришлось урезать в первую очередь?

— Сейчас мы сократили зарплаты сотрудников на 30%, отказались от некоторых программ, постепенно уменьшаем объем вещания.

— Еще у телеканала «Дождь» продолжается история с арендой помещения на «Красном Октябре», когда вам отказали продлевать договор. Как-то удалось решить проблему или вам сейчас предстоит искать новое место?

— Пока нет никакого решения, надеемся, что нам удастся договориться, потому что переезд — это большая проблема и дополнительные затраты.

— Вот сейчас телеканал собрал 40 млн, пройдет три месяца, а есть понимание, как дальше и на какие средства будет существовать «Дождь»?

— Для себя мы решили, что будем делать все возможное, чтобы сохранить телеканал. О закрытии речи пока нет. Если мы поймем, что можем где-то еще сократить расходы, сделаем это. Если нужна будет помощь зрителей — снова проведем марафон по сбору средств. Сегодня замминистра Минкомсвязи Алексей Волин сказал, что операторы могут вернуть «Дождь» на коммерческих условиях. Если мы вернемся в пакеты, то постепенно вернем и телевизионные рекламные бюджеты.

— А почему телеканалу «Дождь» не пойти по модели общественного телевидения, чтобы зрители платили за телеканал?

— Действительно, мы получили хороший опыт краундфандинга. Но общественное телевидение — это не только сбор денег с населения. Это определенный договор между каналом и обществом. Эта модель требует серьезной проработки и серьезных изменений в структуре «Дождя».

— Вы изучали географию платежей. Кто больше всего платит за «Дождь»?

— Конечно, в основном это Россия. Москва и регионы распределились примерно 50 на 50%. С точки зрения сумм, конечно, столичные зрители готовы платить больше. Также мы наблюдали, что «Дождю» помогали и жители ближнего и дальнего зарубежья.

— Операторы платного ТВ на Украине включили вас в свои пакеты, исключив российские федеральные каналы вроде НТВ. Как так получилось?

— Сама ситуация с отключением федеральных телеканалов мне не нравится, так же как и ситуация с выключением «Дождя». Должно быть много разных каналов, мнений, точек зрения. Это подтверждение свободного демократического общества. Мы целый год вели переговоры с украинскими вещателями, но не могли получить адаптацию (условно, лицензию на работу на Украине). Сейчас этот вопрос решен, и мы финализировали финансовые условия с оператором «Воля». То, что мы попали в пакеты украинских операторов одновременно с выключением из них крупных российских каналов, — чистое совпадение. Увидеть украинский прирост не можем, так как там нас пока не измеряют.

— Скажите, а много рекламодателей сняли свои контракты в связи с отключением?

— Да, некоторые рекламодатели ушли. Одна из причин — потеря технического охвата. Но вот реальное телесмотрение, по последним данным TNS, упало не сильно. Посмотрим, что будет дальше. Более того, мы растем в Интернете, на платформе Smart TV. Надеюсь, что коммерческие интересы наших рекламодателей перевесят их неуверенность в размещении рекламы на «Дожде», так как наша аудитория очень привлекательна и уникальна.