Москва избавится от неоновых вывесок

С 1 мая вступили в силу поправки к правилам размещения информационных конструкций в Москве. Согласно изменениям, под запрет попали неоновые светильники и мигающие элементы, вывески, сделанные из ткани, в том числе баннерной, картона, а также нанесенные краской на фасады многоквартирных домов. Кроме того, запрещается размещать вывески на «внешних поверхностях объектов незавершенного строительства». Также прописаны требования к размеру крышных конструкций: в зависимости от того, сколько этажей в доме, размер вывески может варьироваться от 1,8 м до 5 м.

Демонтажу также подлежат все вывески на фасадах домов выше второго этажа (в ряде случаев — выше третьего), электронные экраны, совпадающие по длине или высоте с размером витрины, «бегущие строки», которые размещены где-либо, кроме витрин. Запрещается также наносить вывеску (логотип или род занятий компании) краской непосредственно «на внешних поверхностях многоквартирных домов». Кроме того, в предыдущих рекомендациях, разработанных Москомархитектурой, предусматривалось, что витрины в столице должны быть полностью открытыми, а новые поправки разрешили частично закрывать витринное пространство вывесками.

В новой версии документа четко прописываются требования к размеру вывески. Ранее разрешалось устанавливать их «с высотой декоративно-художественных элементов не превышающей высоту текстовой части более чем в полтора раза». Теперь же установлено, что высота вывески не должна превышать 0,5 м, а если речь идет об объемных символах без подложки (наиболее предпочтительный вариант вывески для Москвы, согласно рекомендациям Москомархитектуры), то допустимая высота увеличивается до 0,75 м. Высота вывесок, размещаемых на крышах, также регламентирована: для домов до трех этажей это 1,8 м, для 8–12 этажей — 4 м максимум, а для 13–17-этажных объектов — не более 5 м.

Генеральный директор коммуникационной группы «ТриПлан» Сергей Кличановский отметил, что бизнес ожидал этого постановления.

— О намерениях унифицировать вывески мэрия ранее заявляла, и многие к нововведениям готовы. Город наконец-то перестанет быть похож на Шанхай 40-летней давности, — считает Кличановский.

Эксперт уверен, что москвичи, а особенно водители, положительно отнесутся к нововведению.

— Как пример, ярко мерцающие элементы не полезны для зрения и раздражают жителей, чьи окна выходят на такие вывески. Также такие элементы вредны для автомобилистов, — отметил Кличановский.

В то же время председатель Московской рекламной гильдии Ирина Матысяк считает, что ужесточение правил размещения рекламы скажется на финансовом состоянии рядовых потребителей.

— Раньше баннеры на строительной площадке и так могли размещать только застройщики. Если им это запретить, застройщики будут вынуждены искать сторонние рекламные площадки, за которые придется платить. В конечном счете это приведет к подорожанию квартир, — объясняет Матысяк. — С другой стороны, по закону застройщики обязаны обозначить площадку и место продаж, и размеры материалов не регламентируются.

Разрешение закрывать вывесками окна лишь частично, по мнению эксперта, сделает внешний вид магазинов менее привлекательным.

— Как правило, закрываются те окна, в которых снаружи были бы видны задние стороны стеллажей с товарами или окна технических помещений. Если придется их частично показать, это будет просто некрасиво, — отмечает Матысяк. — Кроме того, возможно, магазину понадобятся дополнительные рекламные площади, расходы на аренду которых будут окупать за счет повышения цены товара.

В то же время, Матысяк отметила, что с рекламными конструкциями, закрывающими окна жилых домов, «надо бороться».

Президент холдинга «Ромир» Андрей Милехин считает, что с регламентацией вывесок городским властям стоит придерживаться золотой середины в ограничениях.

— Город не должен превращаться в пеструю ярмарку — перебор с рекламой в 1990-е годы, например, до сих пор вызывает раздражение. Но, с другой стороны, вывески должны быть заметны — иначе власти лишат граждан права на информацию. В общем, не должно быть перекосов ни в одну, ни в другую сторону, — полагает Милехин.