L’Oreal и Oriflame бьют тревогу из-за замедления роста в России

На телефонной конференции первого августа, посвященной результатам первого полугодия 2014 года, президент и генеральный директор L’Oreal Жан-Поль Агон сообщил, что рост российского косметического рынка замедлился. По словам Агона, «новые» рынки, куда входят страны Азиатско-Тихоокеанского региона, Латинской Америки, Восточной Европы, Африки и Ближнего Востока, в первом полугодии показали прирост 5,9%. Темпы прироста рынка глава L'Oreal назвал «несколько разочаровывающими». Основными причинами медленного роста продаж компания видит девальвацию национальных валют и локальные проблемы в Таиланде, России и на Украине. Говоря о российском рынке, Жан-Поль Агон отметил, что замедление рынка L'Oreal замечал еще до начала обострения конфликта государства с соседней Украиной.

Новые рынки для компании — один из главных двигателей развития и роста. Страны BRICS (Бразилия, Индия, Китай, Россия и ЮАР) занимают 15,7% от оборота всей группы, «новые рынки» — 38,9%. Продажи группы за первые шесть месяцев 2014 года составили 11,2 млрд евро. Выручка на новых рынках в первые шесть месяцев года снизилась почти на 4% по сравнению с тем же периодом годом ранее и составила 4,2 млрд евро. Данных о продажах в каждой из стран присутствия компания не раскрывает.

В российской L'Oreal пояснили, что замедление рынка компания отметила еще в конце прошлого года — на бизнесе сказывается замедление экономического роста страны.

Среди стран Восточной Европы российский рынок косметики и средств персонального ухода является крупнейшим. По данным консалтинговой компании Euromonitor International, в 2013 году общий объем восточноевропейского рынка составил 29,6 млрд долл., Россия в нем занимала долю 49%. Среди компаний-производителей косметики L'Oreal занимала в прошлом году на отечественном рынке второе место с долей 9,6%, уступая компании Procter & Gamble Co (доля 10,8%) и опережая Unilever Group (7,7%).

Член правления Российской парфюмерно-косметической ассоциации Анна Дычева-Смирнова отмечает, несмотря на замедление, наш рынок выглядит куда лучше европейских.

По ее мнению, на косметические компании, работающие на отечественном рынке, давит не только рубль, но и изменение в потребительском поведении. «Мы видим более аккуратное потребление сейчас, нежели в 2005—2007 годах, когда покупатели покупали новые товары, не успев использовать недавно приобретенные», — объясняет эксперт. Помимо рачительности, которая стала свойственна российскому потребителю, его поведение изменила насыщенность рынка. «Маркетинговых деклараций от компаний достаточно, но в действительности новинок на рынок выходит немного», — объяс­няет Дычева-Смирнова.

Скупость российского потребителя заставила шведского производителя косметики Oriflame выставить на продажу свой производственно-складской комплекс в подмосковном Красногорске. Завод по производству губной помады продается в рамках сокращения издержек компании, опасающейся сокращения потребительских расходов населения на российском рынке. Компания считает, что экономические санкции могут еще больше ослабить рубль, что снизит покупательную способность населения. Испытывает проблемы на российском рынке и прямой конкурент Oriflame — компания Avon. Комментируя итоги второго квартала 2014 года, исполнительный директор Avon Шерилин Маккой отмечала, что в России с конца прошлого года ослабевал потребительский спрос, а впоследствии начала влиять политическая ситуация между Россией и Украиной. Обе компании с начала года теряли активных распространителей косметики (Avon и Oriflame работают по принципу прямых продаж) и сокращали выручку.

В отличие от многих иностранных компаний, заявивших о своих опасениях в связи с разгорающимся политическим конфликтом между Россией и Украиной и последовавшим наложением санкций на Россию со стороны США и ЕС, L'Oreal пока не видит причин для опасений. Отвечая на вопрос аналитика о влиянии санкций, наложенных ЕС на российские государственные банки, вице-президент, генеральный директор по административным и финансовым вопросам L'Oreal Кристиан Мулье сообщил, что еще слишком рано оценивать влияние санкций в долгосрочной перспективе. «Сейчас [санкции] больше касаются конкретных персон, нежели организаций, так что посмотрим. [...] Мы не видим причин считать, что введение санкций окажет на нас влияние. Но посмотрим, посмотрим», — заключил Мулье.